Эрзянский язык: где говорят, сколько носителей, как начать учить

Родословная

Эрзянский принадлежит к уральской языковой семье — той же, что финский, эстонский и венгерский. Внутри семьи он образует волжскую ветвь вместе с мокшанским — ближайшим родственником, с которым его упорно путают. Родство, впрочем, не означает понимания: эрзянин и мокшанин не понимают друг друга без переводчика или общего русского. Финн и эстонец со своими языками находятся примерно в таких же отношениях, но никому не приходит в голову записывать их одним народом с общим «прибалтийско-финским» языком. С эрзей и мокшей ровно это проделали — под общим именем «мордва»; почему это имя чужое, мы разбирали в отдельной статье.

География

Ядро языка — восточные районы Мордовии, где эрзянский имеет статус государственного языка республики наряду с русским и мокшанским. Но карта эрзянской речи гораздо шире: старые эрзянские сёла стоят в Нижегородской, Пензенской, Ульяновской, Самарской, Оренбургской, Саратовской областях, в Татарстане, Башкортостане и Чувашии — след переселений, растянувшихся на несколько веков. Есть и особый островок: язык села Шокша в Теньгушевском районе, столетиями живущий в окружении мокшанских говоров, — лингвисты выделяют его отдельным диалектом. Говорят по-эрзянски и в диаспоре — от Эстонии до Украины.

Сколько носителей

Точного ответа нет, и это само по себе говорящий факт. Статистику портит всё та же «мордва»: в переписных листах большинство отвечает «владею мордовским», не уточняя каким. Отдельной строкой «эрзянский» в переписи 2010 года прошли лишь около 37 тысяч человек — при том что ЮНЕСКО тогда же оценивала число говорящих не менее чем в 90 тысяч в одной только Мордовии; обе цифры приводит справочник «Знание.Россия». Последняя перепись, 2021 года, картину не прояснила, а обострила: эрзянский указали около 40 тысяч человек — почти столько же, сколько в 2010-м, — зато обобщённый «мордовский» обвалился с 392 до 220 тысяч, а числящих себя «мордвой» стало меньше на 260 тысяч; эти данные разбирала «Свобода». Куда за одиннадцать лет делись сотни тысяч людей вместе с языком, перепись не отвечает. Общая динамика при этом бесспорна: по словам лингвиста Алексея Арзамазова, между переписями 2002 и 2010 годов носителей стало почти вдвое меньше, а атлас ЮНЕСКО числит эрзянский среди языков под угрозой исчезновения. Главная причина обыденна: язык почти вытеснен из школы, и цепочка «родители — дети» рвётся.

Как он устроен

Эрзянский — агглютинативный язык: слово растёт суффиксами, каждый из которых несёт ровно одно значение, и двенадцать падежей позволяют одним словом выразить то, для чего русскому нужны предлоги. Глагол спрягается двумя способами: безобъектно, как в привычных европейских языках, — и объектно, когда форма глагола указывает разом и на деятеля, и на объект действия. Наклонений у эрзянского глагола шесть, включая такие, для которых в русской грамматике нет и названий. Первый письменный памятник эрзянского датируется 1692 годом; современная литературная норма сложилась в 1930-е на основе центральных говоров — её строил лингвист Анатолий Рябов, расстрелянный в 1938-м. Официальная письменность — кириллическая; в диаспоре и в нашем издании используется латиница.

С чего начать

Дорожка для начинающего сегодня выглядит так. Первый шаг — Valks: открытый русско-эрзянский словарь, который работает прямо в браузере, без установки и регистрации. Создатели собирают на одной платформе весь стартовый набор: рядом со словарём уже живёт разговорник, а в ближайшее время обещан и самоучитель. Для языка, у которого десятилетиями почти не было современных цифровых инструментов, проект уникален — учебная среда строится не государством и не университетом, а самими носителями, и продолжает расти. Второй — учебник: в 2026 году в Казани вышел самоучитель «Эрзянский с нуля» Алексея Арзамазова и Максима Кузнецова — первый за долгие годы курс для человека, начинающего с полного нуля. Третий — машинные помощники: эрзянский появился в Яндекс.Переводчике, а учёные Мордовского университета собрали чат-бот и онлайн-переводчик; к машинному переводу, впрочем, относитесь как к костылю — он ошибается чаще, чем признаётся.

Дальше — погружение. Эрзянская Википедия даёт тексты на любую тему; музыка «Торамы» — живое звучание языка; журнал «Сятко» — литературную речь. Стоит ли оно того? Вот довод, который убеждает лучше грамматик: начав учить эрзянский, быстро замечаешь, что он давно вокруг. Мастор — «земля» — стоит в имени нашего издания и в имени страны эрзян, Эрзянь Мастор. Сятко — «искра» — так зовётся эрзянский литературный журнал. Лисьмапря — «родник» — имя праздника, на который каждое лето съезжаются эрзяне трёх областей; а 16 апреля у языка и вовсе собственный день в календаре. Выученное слово здесь не остаётся в тетрадке: оно тут же находит себе место — в названии села за окном поезда, в песне «Торамы», в подписи скульптора с мировым именем.

И сам язык скроен так, что учить его любопытно. В нём нет рода: мир не делится на «него» и «неё», и помнить об этом делении не нужно. Зато глагол помнит, над кем совершено действие, а падежи справляются с тем, для чего русскому нужна горсть предлогов. Это другой способ складывать мысль — ради него люди и берутся за языки, на которых «не говорит весь мир».

Всё остальное у эрзянского уже есть — от тысячелетней истории до словаря, который открывается в браузере. Не хватает ему одного: новых голосов. Начните — и пусть первым выученным словом станет то, которое вы уже знаете. Эрзя.