Вместо науки — идеологическая подготовка: как выглядит самоизоляция России в одной республике

Стране, которая уходит в изоляцию, сначала не нужны чужие идеи, а потом — и собственные. Обмен опытом, научные контакты, содержание гуманитарных и технических дисциплин отступают перед задачами, поставленными Москвой: воспитать, мобилизовать, дать гарантии лояльности. Университеты и школы в этой логике перестают быть местом, где дают знания, и становятся местом, где воспитывают послушание.

Разглядеть это удобнее не в столичных институтах, а в республике, где всё на виду. Ничего не нужно показывать. Достаточно перечислить то, что происходит в Мордовии в сентябре.

Доски без документов

В начале месяца в четырёх школах открыли пять мемориальных досок погибшим на войне против Украины: в Комсомольской школе № 3 Чамзинского района, в Ковылкинской школе имени генерал-лейтенанта Ивана Арапова — открыли две, — в Алексеевской начальной школе Темниковского района и в Атюрьевской школе № 2. Инициатором и координатором работы назвал себя региональный филиал государственного фонда «Защитники Отечества».

Кто заказывал доски, кто изготавливал, сколько они стоили и из каких денег оплачены — ничего неизвестно. Смет, договоров и закупок, которые можно связать с этими пятью объектами, редакция не нашла.

Процедура при этом описана подробно. Правительственные рекомендации требуют, чтобы инициатор подал ходатайство и взял на себя обязательство профинансировать работы либо сообщил, что денег у него нет; размещение согласуется с собственником здания; решение принимает муниципальная комиссия, а протокол с указанием стоимости и источника денег утверждает глава района. Мы знаем о таких комиссиях в двух районах из четырёх: в Чамзинском её создали в ноябре 2025 года, в Ковылкине она работает с мая 2024-го. Протоколов по сентябрьским доскам нет, решений Атюрьевского и Темниковского районов редакция найти не смогла.

Военная символика появилась на стенах школ, где дети проводят каждый день, а родителям четырёх районов не показали ни одной бумаги. Получается, только памятники и мемориальные доски эрзянским деятелям требуют соблюдения всех процедур?

«Снижать уровень нашей идеологической подготовки… не велено»

Девятого сентября глава республики Артём Здунов выступил перед учёным советом, деканами, преподавателями и студентами Мордовского университета. Вместе с ним был Александр Щипков — ректор Российского православного университета, заместитель главы Всемирного русского народного собора, член президентского совета по взаимодействию с религиозными объединениями.

«Основная миссия университета — образовательная. Поэтому нельзя снижать уровень нашей идеологической подготовки. Любые сомнения в наших традиционных ценностях могут привести к негативным последствиям. Университет не должен уходить от своей воспитательной функции».

— передала пресс-служба.

Щипков призвал изучать Стратегию национальной безопасности, чтобы понять, какой путь прошла Россия при Владимире Путине. Дальше говорили о месте православия в образовании, о понятии «русской цивилизации», о канонизации военачальников и адмирала Фёдора Ушакова.

В тот же день Мордовский педагогический университет собрал более тысячи первокурсников на «Ушаковские чтения» — лекции общества «Знание» по национальному проекту «Молодёжь и дети», организованные вместе с правительством республики. На следующий день у патриарха Кирилла Здунов рассказал о тридцати семи морских кадетских классах «Ушаковцы» и о фильме об адмирале, который посмотрели больше 25 тысяч детей и подростков.

Воспитательная работа в вузе законна: этого требует закон 2020 года. «Традиционные ценности» закреплены президентскими указами. Но слово «идеологическая» в устах главы региона нарушает статью 13 Конституции, по которой никакая идеология не может быть государственной или обязательной, а закон об образовании запрещает педагогам политическую агитацию и принуждение студентов к убеждениям.

Восемь миллионов пятьсот тысяч и три недели молчания

Мордовский университет — главный в республике для эрзянского и мокшанского: кафедра мордовских языков и литературы, магистратуры «Языки народов России: эрзянский язык» и «Языки народов России: мокшанский язык», Институт национальной культуры, называющий своей миссией связи с финно-угорским миром. В репортажах о встрече 9 сентября нет ни одного из этих слов.

На эрзян и финно-угорские связи времени нет! Задачи нынче другие, и приоритеты эрзян определяют не эрзяне, а администрация президента России.

В апреле 2024 года тот же университет объявил о русско-эрзянском онлайн-переводчике и чат-боте. Работала лаборатория интеллектуального анализа данных под руководством доцента Артёма Андронова. Основой стал грант в 8,5 миллиона рублей по программе «Приоритет 2030» на параллельные русско-эрзянский и русско-мокшанский корпуса. Обещали открыть бот для всех, сделать аудиосервис с распознаванием и синтезом эрзянской речи, такой же бот для мокшанского. Публично из этого списка не появилось ничего; корпус, судя по сообщениям, ушёл в «Яндекс Переводчик», где эрзянский и мокшанский открылись в июле 2025 года.

21 августа наша редакция направила в пресс-службу университета шесть вопросов: открыт ли телеграм-бот, каков объём собранных корпусов, что с аудиосервисом, есть ли бот для мокшанского, использовались ли университетские корпуса «Яндексом» и будут ли данные, оплаченные государственным грантом, открыты исследователям? Ответа нет три недели.

Об идеологической подготовке университет говорит на учёном совете с главой республики. О собственном эрзянском проекте на восемь с половиной миллионов рублей он молчит.

В то же время Инязор эрзянского народа Сыресь Боляень, выступая на канале Лиги свободных наций, так прокомментировал современный образовательный процесс в России: «Государство превратило школу в филиал рекрутингового агентства СВО, где детей готовят не жить, а умирать». Второй причиной школьного насилия он назвал пропаганду превосходства одной нации и ненависти ко всем нерусским, идущую с центральных телеканалов.

Пещера традиционных ценностей

Самоизоляция редко объявляется публично как политическая задача. Она складывается из множества решений. В результате получается университет, который обсуждает мировоззрение вместо исследований, и школа, которая готовит не к профессии.

Трудно не сравнить с Китаем. Это авторитарное государство, где власть не меняется через выборы, и оно жёстко держит курс на технологический суверенитет. Но в своей научной политике Пекин опирается на необходимость интегрироваться в мировое научное пространство и строит международную кооперацию на принципах, которые сам формулирует как открытость, инклюзивность и равноправие партнёров; учёных из-за рубежа там приглашают, а не отпугивают. По вкладу в ведущие мировые журналы Китай вышел на первое место.

У нас по-другому. Эстонию и Финляндию, передовые в экономическом и технологическом плане государства, открыто объявляют врагами. Вместо того, чтобы учиться у финнов и эстонцев, перенимать опыт развития цифровизации, применения ИИ в науке и образовании, реформирования школьного и университетского образования — молодёжь слушает речи Здунова о «традиционных ценностях»!

Россия в те же годы теряет доступ к тому, что уже имела: 30 ноября 2024 года Европейская организация ядерных исследований прекратила сотрудничество с российскими учёными. Внутри страны место утраченных связей занимает мировоззренческая подготовка! А в национальной республике вытесняют собственный язык из того самого университета, который получил на него грант.

Публично эрзянский язык никто не запрещал. Его просто системно выдавливают из повседневной жизни. Вместо него ежедневная «здуновщина» — желание выслужиться перед московским начальством, даже ценой деградации нашего образования. За две недели сентября на доски, чтения, кадетские классы и фильм нашлись деньги, залы и люди, и ни по одной позиции власти не сказали стоимость и откуда деньги. Единственный вопрос об эрзянском, который за это время прозвучал, задала редакция — и ответа не получила.

Мы повторим его в той же формулировке: сколько часов и рублей стоит идеологическая подготовка и сколько — эрзянский язык в том же самом университете?