Государство, которое вернули: Эстония отмечает 35 лет восстановления независимости

20 августа у башни Длинный Герман в Таллинне поднимут сине-чёрно-белый флаг. Затем состоятся памятная церемония, совместное заседание парламента и Клуба 20 августа — объединения депутатов, голосовавших в 1991 году за восстановление независимости, — а вечером концерт. Эстония отмечает 35 лет со дня восстановления государства.

Юбилейная программа посвящена не возникновению нового государства. Эстонская Республика была провозглашена 24 февраля 1918 года, оккупирована и включена в состав СССР в 1940-м. Решение 1991 года исходило из того, что республика юридически продолжала существовать, хотя полвека не контролировала собственную территорию.

Эстонцы вернули не только флаг и название страны. Они вернули себе право определять, на каком языке работает школа, куда уходят налоги, с кем государство заключает союзы и кто представляет его за границей.

69 голосов под советской бронёй

19 августа 1991 года в Москве начался путч. Группа руководителей СССР объявила об отстранении Михаила Горбачёва, ввела чрезвычайное положение и попыталась остановить распад советской системы.

Из Пскова в Эстонию направили части 76-й гвардейской десантно-штурмовой дивизии. 20 августа колонны вошли в Таллинн; жители города пришли защищать телецентр, радио и Тоомпеа, где заседал парламент. Утром 21 августа десантники попытались занять Таллиннскую телебашню, чтобы лишить республику собственного вещания, — сотрудники башни и добровольцы удержали её до вечера, когда путч в Москве провалился.

Вечером 20 августа Верховный совет Эстонской Республики рассматривал решение о государственной независимости. Голосование состоялось в 23:03. За проголосовали 69 из 105 депутатов; против не голосовал никто.

Риск был серьёзным. Советские части находились в столице, исход путча ещё не был известен, а на территории Эстонии оставалась военная инфраструктура СССР. По данным эстонской стороны, и после международного признания в стране находилось более 40 тысяч советских военнослужащих и членов их семей, размещённых на 570 объектах. Последние российские части ушли 31 августа 1994 года.

Депутаты принимали решение в момент, когда советская власть ещё располагала армией и могла попытаться вернуть контроль силой.

Независимость готовили заранее

К голосованию 20 августа вели несколько лет общественной мобилизации.

Закон о языке 18 января 1989 года объявил эстонский государственным. 24 февраля того же года сине-чёрно-белый флаг снова подняли над Длинным Германом. 23 августа около двух миллионов жителей Эстонии, Латвии и Литвы выстроились в Балтийскую цепь — живую линию длиной более 600 километров.

В марте 1990 года прошли первые многопартийные выборы Верховного совета. Парламент объявил переходный период к восстановлению республики, отменил название «Эстонская ССР» и вернул название «Эстонская Республика».

3 марта 1991 года состоялся референдум. За восстановление государственной независимости проголосовали 77,83 процента участников при явке 82,86 процента. К августу вопрос заключался уже не в том, хочет ли население независимости, а в том, когда и каким решением она будет оформлена.

Внутри самого движения существовал серьёзный спор. Верховный совет был избран всеми жителями республики, включая тех, кто поселился в Эстонии в советское время. Конгресс Эстонии представлял граждан довоенной республики и их потомков и жёстче отстаивал принцип правовой преемственности.

20 августа стороны пришли к компромиссу. В решении закрепили продолжение республики 1918 года, а подготовку новой Конституции поручили Конституционной ассамблее, в которую вошли по 30 представителей Верховного совета и Конгресса Эстонии. Ассамблея работала с сентября 1991 по апрель 1992 года; Конституцию приняли на референдуме 28 июня 1992 года. У независимости появился механизм построения новых институтов.

От решения — к государству

22 августа Эстонию первой признала Исландия. 6 сентября независимость признал Государственный совет СССР, 17 сентября Эстония стала членом ООН. В 2004 году страна вступила в НАТО и Европейский союз.

За этими датами — превращение требования национального движения в повседневную государственную работу. Эстонский язык получил не часы на фольклорном фестивале, а место в парламенте, суде, администрации и школе. Налоги пошли в эстонский бюджет, внешнюю политику и оборону стал определять Таллинн.

По номинальному ВВП на душу населения Эстония сегодня — первая среди бывших республик СССР, по данным МВФ. Уровень жизни эстонцев недосягаем для Саранска, а во многом и для Москвы.

Независимость не устранила всех проблем. Эстония продолжает спорить о переходе русскоязычных школ на государственный язык, положении жителей северо-востока, региональном неравенстве и интеграции русскоязычного населения. Но это внутренние политические вопросы Эстонской Республики. Их решают избранные в Эстонии органы, и за последствия отвечают эстонские политики.

Что в этом опыте важно для эрзян

Эстонский путь нельзя механически переносить на эрзян. В 1991 году Эстония имела границы союзной республики, собственные органы власти, опыт государственности 1918–1940 годов и международно признанный аргумент о незаконности советской аннексии. У эрзян нет такой исходной позиции. Даже название Республики Мордовия не признаёт эрзян отдельным политическим народом.

Но эстонский опыт позволяет точно сформулировать разницу между национальной культурой и национальной политикой.

Культурному обществу могут разрешить праздник, концерт или издание сборника. Оно не определяет язык школьного образования, не принимает бюджет, не назначает чиновников и не заключает международные договоры. Эти решения принимает государство — своё или чужое.

Эстонию можно и нужно критиковать. В отношении финно-угорских народов России Таллинн нередко ограничивался культурными и академическими проектами — через программу родственных народов и фонд Fenno-Ugria, — избегая политической поддержки национальных движений. Независимость сама по себе не гарантирует смелой или последовательной политики. Она даёт возможность такую политику проводить — либо отказаться от неё.

20 августа 1991 года эстонцы взяли ответственность за страну на себя. С этого момента вопросы об эстонском языке, деньгах, армии и союзниках перестали быть разделом внутренней политики Москвы. Они стали делом Эстонии.